Забытые Истории

Венеция (краткий исторический очерк)

RSS
Венеция (краткий исторический очерк)
В северо-западной части Адриатического моря, куда стекающие с Альп реки сносят ил, тысячелетия назад образовалась обширная лагуна, воды которой ежедневно очищаются при приливах и отливах. С востока она отгорожена от моря узкой полосой земной тверди.

С незапамятных времен в лагуне, на 118 песчаных островах, жили рыбаки, добытчики соли и охотники на водоплавающих птиц. В римское время островитяне освоили также скотоводство и земледелие. Обитатели лагуны добывали себе пропитание тяжелым трудом. Зато здесь было безопасно — песчаный заслон Лидо сдерживал пиратов, которыми кишело Адриатическое море, а добраться до островов с побережья, не зная здешних топей, было не так-то просто.

В 451 году дряхлеющую Западную Римскую империю потрясло вторжение гуннов под предводительством Аттилы. Ужас перед этими дикарями был так велик, что, по рассказам, даже птицы уносили в клювах своих птенцов. Спасаясь от нашествия, в лагуну хлынули тысячи беженцев с материка — потомки древнего племени венетов — да так здесь и остались. К этому времени обыкновенно и относят начало истории Венеции. Старинное венецианское предание называет даже точную дату рождения города — 25 марта 451 года ровно в полдень отлив будто бы обнажил обширную отмель, чтобы дать место самому удивительному городу на земле.

Через 80 лет историк Флавий Магнус Аврелий составил самое раннее описание лагуны и ее жителей. По его словам, первые венецианцы прилагали огромные усилия, чтобы обеспечить себя твердой землей. Они терпеливо отвоевывали у моря участки суши, осушали озера, гатили болота, возводили насыпи и прокладывали каналы. Ранняя Венеция походила на деревянный корабль. Ее дворцы, дома, церкви и мосты были построены из дерева и покоились на сваях, вбитых в зыбкую почву. На каждом острове стояла церковь, за которой расстилалось «кампо» — поросшее травой поле. Вокруг церкви располагались дома тех, кто давал деньги на ее строительство; чуть поодаль стояли дома победнее. Благодаря такой планировке, в городе впоследствии не оказалось богатых и бедных кварталов.

После падения Западной Римской империи Венеция зависела вначале от Падуи, а потом входило в состав Византийской империи.

***
В первые века существования Венеции ведущую роль среди множества островных поселений играла община нынешнего Лидо. Здешнее поселение называлось тогда Маламокко. Однако между жителями островов постоянно возникали раздоры. По этой причине власти города в 810 году решили перенести свою резиденцию на другой, более укрепленный остров — Риальто. Эта перегруппировка сил была произведена как раз вовремя. В 812 году на Маламокко состоялась одна из решающих битв венецианской истории — с королем франков Пипином (сыном Карла Великого), чья армия была погребена в зыбучих песках лагуны.



В X—XI веках Венеция быстро набиралась сил. Ее предприимчивые мореходы уходили все дальше в Адриатическое, а потом и в Средиземное море. Все мощнее становился боевой флот республики. В морском сражении при Диррахии венецианские галеры разбили флот норманнов, которые тогда владели Южной Италией и Сицилией. За эту услугу Алексей Комнин, император Византийской империи, в которую номинально входила и Венеция, открыл перед венецианскими купцами важнейшие порты Востока, освободив их от уплаты налогов и пошлин.

Но венецианцы не попомнили добра. В 1201 году Венеция подрядилась за 85 тысяч серебряных марок перевезти на своих галерах в Египет французских рыцарей — участников четвертого крестового похода. Венецианский дож Энрико Дандоло, искусный политик и интриган, постарался извлечь из этой сделки максимальную выгоду для Венецианской республики. Вместо того, чтобы везти крестоносцев в Африку, он натравил их на ослабевшую Византию, в результате чего 12 апреля 1204 года Константинополь был взят и разграблен.



По условиям договора с образованной крестоносцами Латинской империей Венеция оказалась наследницей значительной части прежних византийских владений. В узловых пунктах Средиземноморья ей теперь принадлежали крепости, контролировавшие важные морские пути. Ее предприимчивые купцы хозяйничали на огромных пространствах от Италии до Палестины, добирались до Индии и Китая.

Морская мощь Венеции была у всех на устах: ее боевой флот насчитывал 300 кораблей с восемью тысячами испытанных моряков. Товары венецианских купцов перевозили три тысячи торговых судов с 17 тысячами человек экипажа.
Фортуна благоволила Венеции. После разгрома Византийской империи она на целых двести лет становится «царицей» Адриатики и Восточного Средиземноморья. Наступил «золотой век» города в лагуне.

***
Венеция никогда не знала монархической власти. С первых дней своего существования она была коммуной. Старинные хроники говорят, что жители лагуны избирали из своей среды вождей, которых называли на римский манер трибунами. Поначалу трибунов было 12, и каждый из них управлял отдельным островом. Но в 697 году, в связи с угрозой, исходящей от германского племени лангобардов, жители островного города-государства избрали себе первого дожа по имени Паоло Луццио Анафесто. Слово «дож» — родственное латинскому «дукс» (по-нашему — князь).

Поначалу местом пребывания дожа были острова Гераклея и Лидо. В 810 году его резиденция была перенесена на Риальто, самый большой остров в лагуне, который разделяла надвое извилистая протока. Вслед за дожем сюда начали переселяться патриции и богатые купцы, жившие доселе на острове Торчелло. Между прочим, и саму Венецию до XI века обыкновенно называли Риальто.

Дож, избиравшийся пожизненно, был живым символом Светлейшей республики. В официальных документах его именовали Государем, профиль каждого нового дожа чеканили на монетах. Дожами обыкновенно становились лица, достигшие 60 лет и обладавшие значительным состоянием. Избрание дожа, его посвящение и венчание обставлялись пышными церемониями, которые дож оплачивал из собственного кармана.

Парадный наряд дожа отличался королевской пышностью и великолепием: он являлся народу в затканной золотом и отороченной горностаем пурпурной мантии, в красных сапогах византийских императоров и вплоть до XIV века — в золотой короне, которую затем сменил высокий колпак, унизанный крупными жемчужинами и драгоценными камнями. Когда дож выходил из дворца, над ним раскрывали бархатный зонтик, расшитый золотом.

Однако при всем том дож был скорее фигурой парадно-сакральной. Знатные венецианские роды тщательно позаботились о том, чтобы ограничить его власть. Дожу не дозволялось вступать в контакты с посланниками других государств, распоряжаться казной, назначать должностных лиц и даже распечатывать обращенную к нему корреспонденцию. Всем этим занималась в его присутствии Канцелярия дожа, которую называли еще «сердцем государства». Дож только подписывал составленные ею указы.

Словом, облаченный в поистине царские одежды, дож был «государем без власти», сакральной тенью Венецианской республики. Это значение дожа особенно ярко проявилось в обычае так называемого «обручения Венеции с морем».
История этого главного праздника Венецианской республики уходит в глубину веков.

В 1177 году Венеция заключила чрезвычайно выгодный договор с императором Священной Римской империей Фридрихом Барбароссой, который закрепил за республикой северную часть Адриатического моря. Власти Венеции постановили отмечать это памятное событие ежегодно, поздней осенью, в день Вознесения Пресвятой Девы Марии.

Надо сказать, что в этот день уже проходили традиционные торжества, установленные еще в 998 году в честь победы дожа Пьетро II Орсеоло над далматинскими пиратами. Впрочем, церемония эта была довольно простой. Духовенство и дож в праздничных одеждах отправлялись на лодках к острову Лидо, где в церкви Сан-Николо служили торжественную мессу. Но после 1177 года это скромное торжество заменили пышным ритуалом — обручением Венеции с морем, которое с тех пор многократно и во всех деталях было описано иноземными путешественниками.



С самого раннего утра венецианцы, облаченные в лучшие наряды, высыпали на улицы города. На обозрение жителей и гостей Венеции выставлялись все городские сокровища — от казны Святого Марка до груды золотых и серебряных монет в лавках менял. После торжественной мессы дож всходил на парадную 20-весельную галеру «Буцентавр» и в сопровождении тысяч гондол, расцвеченных коврами и флагами, отплывал к острову Лидо.



«Буцентавр» являл собой великолепное зрелище. Он весь сверкал позолотой. Над его палубой, декорированной лепниной и пурпуром, развевался флаг республики. Дож, исполнявший роль символического жениха морских пучин, восседал на высоком почетном троне. Знатные лица в роскошных одеждах занимали места под навесом, а их дети садились за длинные красные весла. У входа в канал дож бросал в воду лагуны золотое кольцо со словами: «Мы обручаемся с тобой, о море, чтобы вечно владеть тобой!». Тем самым как бы скреплялся союз Венеции с морем.

По мере ослабления и упадка Венецианской республики это торжество, имевшее некогда глубокий религиозно-символический смысл, выродилось в обычное светское празднество, наподобие карнавала. Конец ему положили войска французской Директории под командованием генерала Наполеона Бонапарта, который в 1797 году упразднил Венецианскую республику. Французские солдаты разломали последний «Буцентавр», польстившись на его позолоту. Ныне его уцелевшие осколки вместе с уменьшенной моделью хранятся в местном Музее морской истории.

***
Уже в XII веке всю власть в городе цепко держали в своих руках старинные аристократические семьи Венеции, купцы и банкиры. Это произошло потому, что основой процветания республики была торговля, а буржуа и ремесленники были слишком слабы, чтобы играть значительную роль в политической жизни.

В 1172 году высшим органом государственной власти в Венеции становится Большой совет, состоявший из 480 знатных граждан, которые избирались сроком на один год. Сами члены Большого совета, в свою очередь, выбирали дожа, а впоследствии еще и Сенат. Но уже в начале XIII века реальная исполнительная власть перешла к Совету сорока — верховному суду республики, а затем сосредоточилась в руках Синьории, которую контролировал еще более малочисленный орган власти — Совет десяти, со временем превратившийся в высший трибунал Венецианской республики.

В 1315 году была составлена так называемая «Золотая книга», куда вписывали фамилии граждан, пользовавшихся избирательными правами. Как явствует из этого документа, полноправными гражданами Венеции являлись всего 2000 богатых людей — нобилей, или 8% населения города (позднее их доля сократилась и вовсе до 1%). Именно эту немногочисленную группу подлинных правителей города венецианские хроники именуют «народом Венеции». Республика превратилась в классическую олигархию.

Совет десяти внимательно следил за малейшими проявлениями недовольства. Любые попытки дожа и других лиц захватить власть в республике беспощадно карались. Вообще Совет десяти мог привлечь к ответу любого венецианца, обвиненного в нарушении спокойствия. Французский философ Жан-Жак Руссо писал, что это был «кровавый трибунал, наносящий удары исподтишка и в кромешном мраке решающий, кого ждет смерть, а кого — потеря чести». Перед этим трибуналом обвиняемый не имел права на защиту и мог рассчитывать лишь на милосердие судей.

Может показаться странным, но простой народ Венеции чувствовал себя под управлением этой власти если не счастливым, то вполне довольным. «Отцы отечества» старались устроить толпе веселую и сытную жизнь и не допускали злоупотреблений законом. Так, Совет десяти весьма внимательно рассматривал жалобы простых людей на знать, строго карая провинившихся дворян. Видимо, благодаря этому Венеция дала пример самого длительного опыта республиканского устройства в истории человечества.

***
Средневековая Венеция представляла редкий для своего времени пример светского государства. Венецианское правительство отводило церкви и религии роль духовного помощника государства в деле воспитания у подданных уважения к закону и власти. Значение самого государства всемерно возвеличивалось, служение ему расценивалось как долг и честь, государственные интересы ставились выше личных и требовали самопожертвования. Слово «государство» писалось только с большой буквы. А с 1462 года Венецианскую республику стали называть Serenissima (Серениссима), что можно перевести двояко: «Светлейшая» или «Спокойнейшая». В новом названии отразилось официально утвердившееся представление о Венеции как о спокойном и умиротворенном государстве.

Для поддержания и укрепления этой государственной идеологии, власти Республики особенно заботились о создании исторических трудов, прославляющих прошлое Венеции. Не случайно историческая хроника стала самым распространенным жанром патрицианской литературы. Во второй половине XV века по заказу Венецианской республики Маркантонио Сабеллико составил 33-томную «Историю Венеции от основания города», в которой утверждал, что справедливостью законов и государственного правления Венеция превзошла Римскую республику. В ту пору всеобщего преклонения перед античностью большей похвалы и представить себе было невозможно.

Как и большинство городов, Венеция росла за счет наплыва приезжих. И дабы избежать хаоса, власти города проводили жесткую миграционную политику. По статуту 1242 года собственно венецианцами считались «урожденные» четырех островов лагуны — Риальто, Градо, Кьоджи и Каварцере. Только они имели право строить в Венеции дома. Все остальные входили в категорию «приглашенных», которые получали равные с «урожденными» права лишь по истечении 25 лет жизни в лагуне.
Светский характер Венецианского республики обусловил большую свободу местных нравов. Достаточно сказать, что многие семейные пары обходились без церковного благословения и, как следствие, легко шли на разрыв брачных уз — дело совершенно скандальное по тем временам. Азартные игры получили такое распространение, что правительству пришлось издать указ, запрещавший играть в портике собора Сан-Марко и во дворе Дворца дожей. Профессиональных игроков пороли и клеймили железом. И еще венецианцы слыли такими ужасными сквернословами, что поэт Петрарка даже жаловался на них в своих стихах. Власть и тут четко обозначила свою позицию: публичное оскорбление словом каралось крупным денежным штрафом.

Наверное, кое-что из услышанного было бы полезно перенести и в нашу повседневную жизнь.

***
К XV веку островная Венеция превратилась в одно из крупнейших материковых государств. Кроме половины Северной Италии, Республика святого Марка владела частью нынешней Хорватии и Словении, Южным Пелопоннесом, Афинами, Кипром и колониями, рассыпанными по всему Ближнему Востоку и Причерноморью. Свои материковые владения Венеция называла Террафермой («твердой землей»).

Экономическое процветание республики Святого Марка зиждилось на морской торговле. В своих колониях венецианцы стремились прибрать к рукам всю местную торговлю, занимались ростовщичеством и нещадно притесняли коренных жителей. Жители соседнего славянского Дубровника, например, не смели продавать свой товар ни в каком другом месте, кроме как в самой Венеции, где, естественно, получали за него жалкие гроши. Всякое ремесло там подавлялось в зародыше, допускалось только производство сальных и восковых свечей для домашнего употребления, а мыло и глиняную посуду следовало покупать только в Венеции. Венецианцы присвоили себе также полную монополию в Адриатике на строительство морских судов.

Занимаясь одной только хищнической эксплуатацией своих колоний, Венеция нимало не заботилась об их развитии. За время своего господства Республика не провела в Терраферме ни одной дороги, не организовала ни одного производства для обработки местного сырья, не посадила ни одного масличного дерева или виноградной лозы.

Коварство венецианской политики познали на себе все соседи Республики святого Марка. Особенно разрушительное влияние Венеция оказала на Зетское государство далматинских славян. Столетие за столетием она оттесняла его от моря, внося разлад и смуту в его внутреннюю жизнь. А когда в этой борьбе Зетское государство совершенно ослабло, венецианцы принялись обращать его народ в католичество, отнимать у местной православной церкви храмы и монастыри, а в случае сопротивления разрушать их. Православных священников и монахов изгоняли или истребляли.

Поэтому не стоит удивляться, что у Венецианской республики весьма нелестный международный имидж. Соседи Венеции сравнивал ее с жабой и морской змеей. Итальянский хронист XIII века Салимбене называл венецианцев «бандой жадин и скряг», превративших Адриатику в «разбойничий притон», а Джованни Боккаччо (автор знаменитого «Декамерона») считал Венецию «вместилищем всякой мерзости».

В конце концов город в лагуне постигло историческое возмездие.

***
Венеция умирала медленно. Ее увядание началось в XV веке, когда молодая Османская империя стала захватывать одну за другой материковые владения Венеции. Республика изо всех сил сопротивлялась, но кровавые морские сражения с османами лишь разоряли ее казну и истощали военную мощь.

А тут еще, как назло, в 1499 году португалец Васко да Гама открыл морской путь в Индию, в обход средиземноморских торговых путей, на которых покоилось благополучие Республики. Венецианской экономике был нанесен жестокий удар.
В 1630 году Венецию опустошила чума, которая унесла в могилу 47 тысяч жителей города — треть всего населения (включая великого художника Тициана). Сегодня об этом напоминает гигантский голубоватый купол церкви Санта Мария делла Салуте, воздвигнутой в знак благодарности святой деве Марии за избавление города от страшной эпидемии.

К началу XVIII века Венеция уже была политическим банкротом. Однако именно в это время она пережила очередной расцвет искусств — в городе жили и творили Тьеполо и Каналетто, на подмостках ставились пьесы Гольдони и Гоцци. До самых последних дней Республики венецианцы жили легко и беззаботно, словно не замечая течения беспощадного времени.
Так подошел к концу век Просвещения, а вместе с ним и история независимой Венеции. В 1794 году войска молодого генерала Наполеона Бонапарта овладели Северной Италией. 12 мая венецианский Сенат получил от французского полководца грозный ультиматум, и город на островах, с мощными укреплениями, большим флотом и пятью сотнями пушек крепостной артиллерии без единого выстрела сдался сухопутной армии.



Последний дож Людовико Манин небрежно бросил слуге свою корону со словами: «Убери, это больше не понадобится». Наполеон разграбил венецианскую казну, разрушил около сорока дворцов, и спустя три года передал выпотрошенный город Австрии.

В 1826 году Венеция была объявлена вольной гаванью. После посещения города Байроном поэзия венецианского упадка вошла в моду. Богема приезжала на венецианские каналы и мостики за вдохновением, состоятельные европейцы проводили лето на фешенебельных пляжах Лидо.

В 1866 году Венеция вошла в состав вновь созданного Итальянского королевства. Однако воспоминания о 14-ти веках Республики святого Марка живы в Венеции до сих пор. Летом 1997 года группа патриотически настроенной молодежи водрузила на колокольне Сан-Марко старинное знамя Республики и потребовала предоставления независимости Венецианской области. Думается, что соседство Венеции с нынешним Косово вряд ли охладило эти настроения…

***
После указа Наполеона о ликвидации Венецианской республики город, казалось, замер в ожидании своей гибели. Уже в середине XIX века Венеция была для Бальзака всего лишь «жалким обшарпанным городом, который с каждым часом неустанно погружается в могилу», а неумолимая вода развешивает на цоколях домов «траурную бахрому». Эмиль Золя и вовсе не видел никакой перспективы для возрождения «города-безделушки», который, по его словам, пора поместить под стеклянный колпак.

Древнее пророчество гласит: «Венеция родилась из моря, и конец свой она найдет в морской пучине».

Действительно, будущее Венеции внушает серьезную тревогу. Море, которое веками обогащало город богатыми товарами из стран Леванта, ныне грозит ей гибелью. «Светлейшая Венеция» не встает из вод, как это было прежде, а погружается в волны, подобно тонущему кораблю. В середине 60-х годов прошлого века мир потрясло сообщение ученых: Венеция уходит под воду со скоростью два с половиной миллиметра в год. Все чаще случаются наводнения, и все чаще морская вода затопляет нижние этажи палаццо — этих великолепных памятников венецианского зодчества. От сырости страдают бесценные художественные коллекции в городских музеях и частных собраниях. В соборе Сан-Марко пол причудливо изогнулся из-за осадки фундамента, так как приливы регулярно превращают площадь перед собором в соленое озеро. С фасада церкви Санта-Мария дела Салуте осыпаются лепные фигуры херувимов и серафимов. Некогда мудрые законы Республики объявляли врагом Отечества всякого, кто посмеет проложить в земле трубу, а нынешние горе-предприниматели до недавнего времени вовсю качали грунтовые воды, тем самым способствуя дальнейшему проседанию почвы.
Окружающая среда в черте города загрязнена до предела. Каналы замусорены, вода в них безжизненна, даже ядовита. Индустриальный комплекс Порто-Маргера, выросший всего в пяти километрах от Дворца дожей, наполняет воздух едкими сернистыми парами, которые вызывают эрозию исторических зданий и статуй.

Специалисты всего мира разрабатывают проекты для спасения уникального города, чтобы не дать Венеции разделить судьбу легендарной Атлантиды.



Хотя выдумывать-то собственно ничего и не надо. Недавно подводные археологи открыли в лагуне остатки древнеримского квартала Венеции. Оказалось, что 2000 лет назад две каменные стены длиной по 150 метров превосходно защищали город от морских приливов. По-видимому, в те благословенные времена еще не существовало бюрократии, с ее вечными отговорками об отсутствии средств для проведения дорогостоящих работ.
Ссылка на историю http://zaist.ru/~gOSeU

Новая книга «Последняя война Российской империи»

Новинка по низкой цене
В магазине не купишь!


Книга-альбом «Святые покровители Земли Русской»

Книга-альбом
«Святые покровители
Земли Русской»



 icon

ИКОНОПИСНАЯ МАСТЕРСКАЯ ИННЫ ЦВЕТКОВОЙ

Телефон: (495) 475-27-72
(910) 478-45-01

mail: inna.tsvetkova@yandex.ru