Забытые Истории

История как оружие (русские историки в годы Великой войны)

RSS
История как оружие (русские историки в годы Великой войны)

Первая мировая война была битвой не государств, а народов. Мобилизации подлежали не только люди, но и умы. Под нужды пропаганды подгонялось все, в том числе и история.


Война при помощи прошлого велась силами университетов и типографий. Тяжелой артиллерией были европейские знаменитости среди профессуры.

Так, известный немецкий специалист по истории древнего мира Э.Мейер проводил следующие исторические параллели: Германию он рассматривал как наследницу Римской империи (а, следовательно, и европейской цивилизации), Англию как современный Карфаген, который «должен быть разрушен», Россия представала в роли деспотической Персии.

001.jpg
Э.Мейер

Страны Антанты не отставали в стремлении изобразить себя борцами за цивилизационные основы Европы. В России даже вышел специальный сборник «Россия и ее союзники в борьбе за цивилизацию» (М., 1916). Многие историки подписались под знаменитым «Ответом германским ученым», где осудили немецкую агрессию, представив страны Антанты в качестве благородной жертвы. Под этим документом мы находим подписи Р.Ю. Виппера, Э.Д. Гримма, С.А. Жебелева, Ф.Ф. Зелинского, Л.П. Карсавина, Н.Я. Марра, М.М. Богословского, С.Ф. Платонова, М.И. Ростовцева, А.Н. Савина, Б.А. Тураева.

В кругах русской интеллигенции «культурная» Германия, страна ученых и философов, неожиданно удостоилась сравнения с монгольскими завоевателями.

С. Франк, в то время приват-доцент Петербургского университета, анализируя духовные основы германского милитаризма, подчеркнул, что в немцах тесно переплелись высокая научная культура и низкая, варварская мораль. Исходя из этого, он назвал Германию «Чингисханом с телеграфом».

Ректор Московского университета М.К. Любавский публиковал статьи, освещавшие героические станицы русской истории, нарочито придавая им публицистическую форму.


М.К. Любавский

Любавский стремился показать, что борьба славян с германской агрессией имеет глубокие исторические корни. Он утверждал, что у славян всегда было два врага: туранство и германство. Первый враг в лице Османской империи ослаб, а вот Германия продолжает оставаться страшной угрозой. Борьба с Германией виделась ученому как исторический долг России. Именно Россия, «столп и утверждение славян», должна помочь славянам одолеть врага, который угрожает самому их существованию. В речи перед учениками Медведковской гимназии, прозвучавшей в тяжелые для русской армии месяцы 1915 г., он в самых черных красках нарисовал будущее России в случае поражения:«Знайте, господа, что это новое иго во сто крат будут тяжелее прежнего ига, татарского. Татарин только грабил имущество русского человека, но оставлял в покое его душу; тевтон стремился пожрать не только материальное благосостояние других народов, но и их духовную индивидуальность».

Некоторые ученые признавали противостояние славян с германцами лейтмотивом истории Европы и России. В этом отношении показательны лекции по истории славян известного русского историка Ю.В. Готье, чье французского происхождения только усиливало его антигерманские настроения.

Ю.В. Готье

Он мыслил Великую войну как продолжение исторической борьбы славянских и немецких народов, подчеркивая, что она станет рубежом в мировой истории.

Ярая германофобия была характерна и для его курса по истории России XIX века.
Историк исходил из тезиса, что к концу правления Николая I Российская империя оказалась в тупике, «из которого она могла выйти только ценою больших жертв и крупных внутренних перемен». По словам Готье, кризис был вызван сменой ориентации национальной элиты в первой половине XIX века. Если предыдущие правители (до Екатерины II включительно) ориентировались на «старую московскую аристократию», которая могла вести Россию по«пути прогресса», то после смерти Екатерины «русская аристократия… приобретает ясно выраженный немецкий оттенок… Ее консерватизм становится похожим на узкий, грубый консерватизм немецких князьков и государей XVIII в… Во внутренней русской жизни приобретают силу и влияние немцы… Во внешней политике Россия сходит с почвы политики национальной».


С иных позиций выступали Е.В. Тарле и М.И. Ростовцев, не желавшие отрывать Россию от европейской (в том числе, германской) культуры.

Е.В. Тарле выпустил несколько статей, в которых прослеживал складывание воюющих блоков.


Признавая историческую правоту Антанты, историк в то же время изображал войну как борьбу политических и экономических интересов, избегая излишней идеализации стран Согласия.

М.И. Ростовцев утверждал, что главенствующей тенденцией во всемирном историческом развитии является переход от «мировой монархии» к национальным государствам.


М.И. Ростовцев

Памятуя о популярных среди немцев аналогиях о том, что Германский рейх — это новая Римская империя, он стремился доказать, что такая государственная форма, основанная на универсалистских устремлениях, обречена на гибель. В «мировых монархиях» господствует абсолютизм, в то время как современные нации жаждут свободы. Из античности они восприняли не идею империи, а идею гражданственности. Наиболее яркими примерами таких наций он называет Италию, Англию и Францию, то есть страны Антанты. «В хвосте идет Германия, с трудом прививающая себе основы античной гражданственности и культуры, врагом и разрушителем которой она всегда была, как была она всегда и носительницей идеала возобновления мирового государства, идеала всегда разбивавшегося о крепнущее национальное самосознание народов Европы». Вместе с Германией, по мнению ученого, на обочине европейского пути бредет и Россия. Ее задача — встать в ряд с передовыми национальными государствами Европы.

Но чем дальше раскручивался военный маховик, тем больше русские историки становились не истолкователями прошлого, а пророками будущего. Конечно, не могло обойтись без апокалиптических предвозвестий.

С.Б. Веселовский уже в 1916 г. предрекал скорый крах империи, не сумевшей преодолеть дезорганизацию управления. Незадолго до падения монархии он в письме С.Ф. Платонову констатировал паралич аппарата власти. Российское государство Веселовский в сердцах назвал«историческим недоразумением». Причиной деградации русской нации он считал слабость национального самосознания.



В середине 1917 г., размышляя над причинами падения российской государственности, С.Б. Веселовский сформулировал несколько историософских положений. Русский народ оказался проигравшим в титанической борьбе народов, поскольку не был готов к такой борьбе из-за своего бескультурья и слабого развития национального самосознания, что ярко проявилось в разложении армии. Временное правительство, с точки зрения ученого, не было способно организовать военную машину.

Углубляясь в предпосылки случившейся катастрофы, С.Б. Веселовский писал: «Одной из главных причин, почему Россия оказалась колоссом на глиняных ногах… мне кажется то, что мы во время величайшего столкновения народов оказались в положении народа еще не нашедшего своей территории. То есть: мы расползлись по огромной территории, не встречая до недавнего времени на своем пути сильных соседей-врагов, растаскивали, а не накопляли хозяйственные и духовные свои богатства, и истощили основное ядро государства — великорусскую ветвь славян — на поддержание колосса на глиняных ногах».

Мрачно представлялось С.Б. Веселовскому и будущее России. С его точки зрения, она окончательно потеряет роль великой державы: «Из войны она выйдет разоренной, истощенной, урезанной и опозоренной».

Схожие мысли выражал и Ю.В. Готье, писавший, что «состязания с Европой» русский народ не в силах выдержать. Главной причиной революции в России Готье первоначально видел разложение правящего режима. Уже в июле 1917 г. он смотрел на будущее России крайне мрачно: «Будущего России нет; мы без настоящего и без будущего». От общих рассуждений о судьбах России историк быстро перешел к осмыслению причин катастрофы через анализ менталитета русского народа, являвшегося цементирующей основой рухнувшей империи.«Русский народ — народ пораженец; оттого и возможно такое чудовищное явление, как наличность среди чисто русских людей — людей, страстно желающих конечного поражения России», — в порыве отчаяния писал он.
Характерной чертой русского характера Готье считал отсутствие чувства патриотизма: «Необычайно уродливое явление — отсутствие русского вообще и в частности великорусского патриотизма. В так называемой Российской державе есть патриотизмы какие угодно — армянский, грузинский, татарский, украинский, белорусский — имя им легион, — нет только общерусского, да еще великороссы лишены оного. Как будто великороссы, создавшие в свое время погибающую теперь Россию, совершенно выдохлись, или же понятие общерусского и великорусского настолько отожествилось с режимом политическим, который существовал до последнего времени в России, что и ненависть к этому режиму перенесена была на все общерусское и вызывала эту атрофию общерусского патриотизма». Отсутствию чувства родины и ответственности за нее Ю.В. Готье отводил ключевую роль в сложившейся ситуации: «В самом деле, кто был патриотами на Руси — часть мечтательных помещиков, да еще метисы, вроде меня и очень многих мне подобных». По его словам, русский народ сам вырыл себе могилу.

Тарле.jpg
Е.В. Тарле

На фоне рассуждений С.Б. Веселовского и Ю.В. Готье более оптимистичным выглядит Е.В. Тарле. После Февральской революции его симпатии к Антанте еще более усилились. Он считал, что Россия должна до последнего выполнить свой долг перед своими союзниками и оказаться в стане победителей. В случае же выигрыша Германии, с его точки зрения, произойдет непоправимое, и Россия может превратиться в немецкую полуколонию.

Но ход событий не оставил никаких надежд на победоносное окончание войны. В конце 1917 г. Тарле писал: «Что случилось — то случилось: эта война нами проиграна. Но будем же иметь в виду, что нам придется уже в недалеком, может быть, будущем встретиться с вымогательствами… с покушениями на нашу экономическую независимость. Стране, которая захочет долго оставаться с такою организацией и такой армией, с такими финансами и такой хозяйственной политикой… подобной стране не позволят удерживать для себя свои природные богатства… Нам нужен покой, нам нужен долгий нейтралитет. Но ни то, ни другое… с неба не падает… И мы, и вся Европа стоим не пред лучезарной весной, а пред полярной ночью».

Использованы материалы статьи: В.В. Тихонов. Пропаганда прошлым: российские историки в годы Первой мировой войны // История: электронный научно-образовательный журнал. — 2012. — Вып. 3(11): Знания о прошлом в политико-правовых практиках переходных периодов всемирной истории. [Электронный ресурс].
Ссылка на историю http://zaist.ru/~jEofw

Новая книга «Последняя война Российской империи»

Новинка по низкой цене
В магазине не купишь!


Книга-альбом «Святые покровители Земли Русской»

Книга-альбом
«Святые покровители
Земли Русской»



 icon

ИКОНОПИСНАЯ МАСТЕРСКАЯ ИННЫ ЦВЕТКОВОЙ

Телефон: (495) 475-27-72
(910) 478-45-01

mail: inna.tsvetkova@yandex.ru