Забытые Истории

Самая долговечная утопия

RSS
Самая долговечная утопия
СССР история отмерила всего 69 лет. Коммунистическое государство иезуитов в Парагвае продержалось почти вдвое дольше — от начала XVII до второй половины XVIII века, когда интерес к коммунистическому устройству общества охватил и Старый Свет.

В 1516 году испанский конкистадор Дон Хуан Диас де Солис открыл на севере Ла-Платы устье большой реки Параны и завоевал лежащие окрест плодородные территории, названные Парагваем. Впрочем, местные индейцы вскоре съели завоевателя. Но начало европейской колонизации было положено. В течение XVI века Парагвай понемногу заселялся испанцами. В 1536 году был построен Ассунсион — столица новой провинции.



Население Парагвая составляли индейцы гуарани, в большинстве своем каннибалы. Они не только поедали павших в битве врагов, но даже в гастрономических целях откармливали своих женщин. В возможности цивилизовать эти племена в ту эпоху вообще сильно сомневались. Один епископ утверждал пред испанским двором, что индейцы «глупые создания, неспособные понять христианское учение и следовать его предписаниям».



Но вот отцы-иезуиты в начале XVII века энергично взялись за дело обращения южно-американских туземцев в католичество. Для того чтобы войти в доверие к индейцам, они выступили их защитниками от паулистов — охотников за рабами из штата Сан Паулу, тогдашнего центра работорговли. Борьба между иезуитами и испанскими колонистами велась в течение XVII века с большим ожесточением.

Иезуиты сумели выхлопотать от короля право вооружить краснокожих христиан ружьями и создали из них свою собственную армию.



Армия иезуитов провела несколько победоносных войн. В 1653 году она освободила Ассунсион, в 1667 и 1671 годах — Буэнос-Айрес, блокированный англичанами. Когда наместник Парагвая Дон Хосе Антекверра вступил с ними в войну, он был разбит 12-тысячным войском туземцев, руководимым иезуитами и европейскими офицерами.

В конце концов иезуиты смогли отстоять свою власть над равнинами среднего течения рек Параны и Уругвая. В этой стране, занимавшей около 200 тыс. кв. километров, и возникло первое и единственное в мире иезуитское государство, с населением 150−200 тысяч человек, которые жили в крупных селениях, называемых редукциями. До сих пор эти области современных Бразилии, Аргентины и Парагвая называются Мисьонес — район миссии.



В 40-х годах XVII столетия иезуиты Симон Машета и Катальдино разработали и внедрили в парагвайских миссиях Ордена Иисуса проект теократического государства, основанного на коммунистических началах. Номинально оно находилось под властью испанской короны, но с 1645 года управлялось независимо от светской власти, на что имелась специальная привилегия, полученная от короля Филиппа III.

Государство иезуитов, конечно, являлось утопией. Но его отцы-основатели не были почитателями Платона, Томаса Мора или Кампанеллы. Образцами для них служила жизнь раннехристианских общин и монашеских орденов с их идеями уравнительного коммунизма.

Главным условием существования государства иезуитов, как и полагается всякой утопии, была полная внешняя изоляция. Этому способствовало и его географическая обособленность. Нужно было плыть около четырех недель от устья Параны, чтобы достигнуть первого жилья. Иезуиты добились от испанского правительства закона, по которому ни один европеец не мог без их разрешения проникать на территорию редукций, а срок его пребывания там ограничивался тремя днями. Индейцы могли покидать редукцию лишь в сопровождении патеров. Несмотря на указ Филиппа V (1743), требовавший в обязательном порядке обучать туземцев испанскому языку, иезуиты отказывались делать это, объясняя свое упорство желанием спасти свою паству от развращения соседями-испанцами. Испанцы изображались патерами как орудия дьявола. В каждом из белых колонистов, по уверению отцов, сидел злой дух, стремившийся только к золотому тельцу, — аллегория, часто понимавшаяся наивными туземцами в буквальном смысле слова. К слову, сами иезуиты, возглавлявшие редукции, большей частью были немцы, итальянцы и шотландцы.

В 1691 году тиролец о. Антонио Сепп посетил это государство и дал его описание, которое в 1757 году было опубликовано по-французски, а несколько позднее (1768) по-немецки, как приложение к трехтомной книге Пьера Шарлевуа по истории Парагвая.

Во главе иезуитского государства стоял Кордовский провинциал и четыре его советника. Число членов ордена, занятых в Парагвае, было не велико, не более 100-120 на все тридцать округов, или «доктрин», на которые подразделялось государство.

Обычная редукция вмещала от двух до семи тысяч индейцев. Встречались и малочисленные поселения с 500 жителей; в самой крупной миссии св. Ксавера насчитывалось 30 тысяч человек. Все редукции были хорошо укреплены. Деревень в иезуитском государстве не существовало. Отец Антонио Сепп, посетивший одну из крупнейших редукций — Япею, нашел там великолепные здания из камня и дерева, фабрики, магазины, арсенал, тюрьму, прядильню, аптеку, больницу, гостиницу, кирпичные заводы, мельницы, красильни, литейные мастерские. В окрестностях было много садов и поля, засаженные рисом, табаком, пшеницей, бобами и горохом. Озера и реки кишели рыбой, леса — оленями, козами, кабанами, дикими лошадьми и рогатым скотом. Перепелки и рябчики водились в таком изобилии, что их убивали палками.



Во главе каждой редукции стояло два патера-иезуита. Старший из них, «исповедник», посвящал себя культу, младший считался его помощником и руководил хозяйственными делами. Оба старались вести таинственную жизнь земных полубогов, держась вдалеке от своей паствы. Священники обычно показывались индейцам только во время богослужения. В другое время они сносились с ними через посредство должностных лиц из местного населения — коррехидоров (кациков) и алькадов. На все общественные должности раз в год назначались выборы, в которых участвовало все население редукции.

Вся жизнь туземцев в редукциях была строго регламентирована. Присутствие при богослужении было для всех обязательно. Деньги, денежный оборот и всякая торговля воспрещались. При расчетах переносили условные средства со счета на счет без наличной уплаты. Все имущество в стране было объявлено собственностью Бога — ничто не могло ни отчуждаться, ни приобретаться, ни обмениваться, ни завещаться. Каждый работал на себя в поле не более трех дней — остальное время представляло собой сплошной субботник, посвященный государству. Личный надел земли тоже принадлежал не работнику, а миссии.

Кроме сельского труда в государстве иезуитов было налажено развитое ремесленное производство. Вообще затерянное в диких дебрях государство иезуитов было единственным промышленным государством Южной Америки. В нем процветали различные виды ремесленных промыслов — ювелирное, часовое, швейное, ткачество, резьба по дереву и камню, гончарное дело, судостроительство. Под руководством иезуитов гуарани строили корабли крупнее тех, что строились на лондонских верфях. Население пользовалось услугами кузнецов, столяров, портных, ткачей бесплатно.

Излишки труда индейцев отбирались «в общий котел», во владение государственной власти, которая одна вела иноземную экспортную торговлю. Главнейшими пунктами экспорта были портовые города Буэнос-Айрес и Санта-Фе. Эта торговля давала ежегодно отцам-иезуитам до 2 миллионов франков, — почтенная рента по тогдашнему времени.

Материальное же благополучие подданных иезуитов было весьма скромным. Жилища туземцев строились из тростника, облепленного глиной, без окон и дымовой трубы. Одежда была бедна и скудна. Даже те из них, кто работали в сапожных мастерских, не имели права носить обувь.

Семейные отношения также находились под контролем отцов-иезуитов. Для заключения браков было установлено два срока в год. Холостая жизнь для всех туземцев в обязательном порядке прекращалась между 14 и 16 годами. Тогда-то индейцы единственный раз в жизни держали в руках настоящие деньги. Обычай требовал вручения женихом невесте звонкой монеты. Перед венчанием туземцу выдавались монеты; он их вручал своей суженой, а после венца деньги вновь возвращались церковнослужителю-иезуиту. Долгое время взаимного согласия молодых не требовалось — венчали всех созревших скопом, разбив их на случайные пары. Ночью раздавался звон колокола, который должен был напоминать супругам об их супружеских обязанностях.

После определенного вечернего часа никто не мог ходить по улице, — за выполнением этого правило строго следили ночные патрули из «лиц, заслуживающих доверия».

Писанных законов в государстве иезуитов не было. В подавляющем большинстве случаев наказания ограничивались епитимьей (молитва и пост), замечаниями или публичным порицанием. При более серьезных преступлениях прибегали к наказанию палкой (не более 25 ударов) или тюремному заключению, срок которого не превышал 10 лет, хотя первоначально убийцам назначали и пожизненное. Смертной казни не существовало.



Образование сводилось к усвоению религии, к умению читать и писать на своем родном языке, на котором имелись катехизис и рассказы из жизни святых (письменность для гуарани создали иезуиты). Более способные приобщались к начаткам латинского языка. Европейских языков, литературы и истории, обычаев и законов туземцы не знали.

Положительные и отрицательные стороны такого массового воздействия и воспитания были налицо: нравы несомненно становились мягче, поведение скромнее, но лицемерие и ханжество естественно свивали себе здесь прочное гнездо. В редукциях не было ни бедности, ни богатства, ни нищеты, ни роскоши, ни связанных с ними бедствий и несправедливости. Зато на их место явились однообразие и казарменная монотонность жизни.

Один из мадридских ревизоров, присланных в Парагвай, уверял короля, что «поселения достойных отцов являются христианской республикой, где царствует самая возвышенная невинность и, быть может, за целый год не совершается ни одного смертного греха».

Исторические часы «христианнейшей республики» пробили полночь в 60-х−70-х годах XVIII века, когда Орден Иисуса подвергся папскому запрещению, а иезуиты были изгнаны из Испании и Португалии. Индейцы подняли мятеж, пытаясь защитить своих отцов, но после его подавления стали разбегаться. К концу века Просвещения редукции опустели.

В 1835 году на землях бывшего государства иезуитов проживало 5 тысяч гуарани. Теперь там можно увидеть лишь развалины огромных храмов с великолепно выполненными барельефами.



Парагвайский опыт сыграл крупную роль в истории государственных учреждений Западной Европы, которая в ту эпоху уже тревожно искала новых социально-политических путей.

Так, всегда саркастический Вольтер был на редкость снисходителен к парагвайским иезуитам. В одном из своих сочинений («Essai sur les moeurs») он писал, имея ввиду борьбу патеров против рабства и социальной несправедливости: «Распространение христианства в Парагвае силами одних только иезуитов является в некоторых отношениях триумфом человечности».

Монтескье в «Духе Законов» (книга 4, глава 6) говорит: «На долю общества Иисуса выпала честь впервые провозгласить в этой стране идею религии в соединении с идеей гуманности... оно привлекло рассеянные в лесах племена, дало им обеспеченные средства для существования и облекло их в одежду. Всегда прекрасно будет управлять людьми для того, чтобы сделать их счастливыми».

В том же духе высказывались аббат Рейналь, Бюффон, Лессинг, Виланд и другие писатели-романтики, исходившие из теории естественной добродетели и необходимости приближения к природе. К этому хвалебному хору не присоединился только один Дени Дидро. Знаменитый энциклопедист считал систему иезуитов «ошибочной и деморализующей». Теоретики социализма и коммунизма XIX−ХХ веков, в общем, разделяют его мнение.

Литература:
Н.В. Сомин. Государство иезуитов в Парагвае.
И. Р. Шафаревич. Социализм как явление мировой истории
Святловский В.В. Коммунистическое государство иезуитов в Парагвае в XVII и XVIII ст. — Пг.: Путь к знанию, 1924.
Ссылка на историю http://zaist.ru/~OWqlF

Новая книга «Последняя война Российской империи»

Новинка по низкой цене
В магазине не купишь!


Книга-альбом «Святые покровители Земли Русской»

Книга-альбом
«Святые покровители
Земли Русской»



 icon

ИКОНОПИСНАЯ МАСТЕРСКАЯ ИННЫ ЦВЕТКОВОЙ

Телефон: (495) 475-27-72
(910) 478-45-01

mail: inna.tsvetkova@yandex.ru